«Приднестровизация» Молдовы или «украинизация» Приднестровья? «Ассоциация» Молдовы с ЕС сформировала условия и предпосылки для обострения регионального конфликта

 

Источник

{«Приднестровизация» Молдовы или «украинизация» Приднестровья? «Ассоциация» Молдовы с ЕС сформировала  условия и предпосылки для обострения регионального конфликта} Молдавские Ведомости

Несмотря на заявления официального Кишинева о «стабилизации» ситуации, обстановка в стране и Приднестровье становится все более конфликтной и непредсказуемой. В период подготовки и реализации так называемого соглашения об ассоциации с ЕС возникли обстоятельства, предвещающие политический хаос и обострение приднестровского конфликта вплоть до его «размораживания». 

Нестабильный «правый берег» 

Тот, кто внимательно следит за ситуацией в регионе, понимает, что режим, сформировавшийся  после апрельских событий 2009 года, представляет собой одну из главных угроз для стабильности.

1. Особенностью этого режима стала политика большой лжи. На протяжении восьми лет создавались правящие проевропейские альянсы (ядром которых была Демпартия), которые декларировали одно, а на практике делали совсем другое. Вместо того, чтобы следовать соглашению об ассоциации с ЕС и взятым на себя обязательствам, власть грубо попирала их, методично занимаясь самообогащением, используя для этого государственные институты.   

2. На протяжении продолжительного периода политики формировали органы власти, прибегая к мошенничеству и искажая законы. Так, с нарушением всех разумных сроков был избран президент Тимофти в 2012 году, а в марте 2016 года сомнительное решение об изменении Основного закона принял Конституционный суд, введя общенародные выборы президента. После выборов в парламент 2014 года произошло искажение волеизъявления народа: в законодательном органе была изменена расстановка политических сил. Получив на выборах всего 19 мандатов, Демпартия, используя криминальные инструменты, к 5 мая 2017 г. создала самую крупную фракцию из более 40 депутатов, а также негласно взяла под контроль еще и парламентскую группу из 9 депутатов. Такие действия, несомненно, являются политическим мошенничеством и содержат элементы узурпации власти.

3. Абсурдность и опасность происходящего фиксирует отсутствие поддержки режима населением. Многочисленные опросы общественного мнения показывают, что рейтинг Демпартии и Влада Плахотнюка составляет всего 3-4 процента.

4. Понимая, что следующие парламентские выборы завершатся полным крахом для ДПМ (партия вряд ли сможет преодолеть порог в 6 процентов и не попадет в парламент), режим решил изменить избирательную систему таким образом, чтобы иметь возможность скупать депутатов-одномандатников и удержать власть.

Попытка изменить избирательное законодательство вызвало в обществе серьезный конфликт. Против затеи ДПМ выступили оппозиционные партии и самые влиятельные неправительственные организации. Не поддерживают изменения и граждане. Так в ходе последнего соцопроса БОМ за апрель стало ясно, что за нововведения - лишь 1/3 респондентов.  Важно, что свое отрицательное отношение к инициативе ДПМ высказали и крупнейшие европейские партии.

Несмотря на это, ДПМ все равно приняла законопроект об изменении избирательной системы в первом чтении, нарушив регламент деятельности парламента и не дождавшись заключения Венецианской комиссии, как того требует соглашение с ЕС. Эти действия, безусловно, являются вызовом и угрозой социально-политической стабильности.

5. Постоянно всплывают факты, указывающие на связь власти и криминала. Шок вызвала история с покушением на лидера ДПМ Влада  Плахотнюка. По утверждению СМИ, принадлежащих самому олигарху, его «заказали» преступные авторитеты и бывшие партнеры по бизнесу.

Также СМИ ДПМ часто говорят о происках «беглых преступниках Цопа», поддерживающих партию Платформа «Досто́инство и пра́вда», хотя широко известно, что бизнесмены имели общие дела с Плахотнюком и до сих пор судятся с ним.

Раскручивая сюжеты о покушении на Плахотнюка и разоблачая бывших «партнеров по бизнесу», принадлежащие олигарху СМИ невольно сами дают нам явные свидетельства связи власти с уголовным миром.

На преступную природу нынешнего молдавского режима указывают и последние громкие дела о коррупции в столичной примэрии, а также в министерстве транспорта. Данные учреждения контролируют молдавские либералы, партнеры ДПМ по правящей коалиции.

Уже приведенных доводов вполне достаточно, чтобы сделать вывод о том, что сформировавшийся в последние годы режим является явной угрозой демократическому развитию общества, постоянно вызывает политические, социальные и другие конфликты. И поэтому сам по себе порождает нестабильность в регионе. 

ЕС и «молдавский дракон» 

Не вызывает никакого сомнения, что «молдавский дракон» мог появиться на свет, набрать силы и окрепнуть исключительно благодаря поддержке ЕС и США. 

1. Еще в далеком 2003 году были утверждены основные задачи европейской политики соседства: укрепление стабильности, безопасности и повышение благосостояния всех заинтересованных стран. Указывалось, что структуры ЕС будут добиваться «надлежащего правления в соседних с ЕС странах». Среди этих государств назывались бывшие республики СССР. В том числе Молдова, Грузия, Украина, Белоруссия, Армения, Азербайджан. Бросается в глаза, что часть из этих стран имеет «замороженные» территориальные конфликты, другие, такие как Белоруссия и Украина, отличают тесные экономические связи с Россией, включая по линии оборонной промышленности.

Аналитики давно обратили внимание, что вслед за принятием Европейской политики соседства по целевым странам прокатилась волна «цветных» революций. Готовилось нечто подобное  в 2005 г. и в Молдове. Но ПКРМ удалось ввести Запад в заблуждение, прогарантировав смену внешнеполитического вектора развития. Но это не уберегло их от «кишиневского майдана» в  апреле 2009 года.

К тому времени европейскую политику соседства сменил проект «Восточное партнерство». Его главной целью было развитие интеграционных связей Евросоюза с шестью странами бывшего СССР. Это озвучивалось в официальных документах. А по факту можно было наблюдать расширение сферы влияния и протектората ЕС и НАТО, а также выстраивание зависимых, вассальных отношений с этими государствами, разрыв экономических отношений и традиционных связей с Россией. Проведение подобной политики в государствах, где  примерно половина населения ориентируется на Восток, изначально было обречено на дестабилизацию обстановки. В случае Украины это привело к катастрофическим последствиям и многотысячным человеческим жертвам.

2. Отдавали ли себе отчет чиновники ЕС и США с какой элитой в этих странах им придется иметь дело, и что выдача многомиллионных грантов и дешевых кредитов приведет к дальнейшему развращению нравов местной верхушки? Безусловно. Деньги пошли целенаправленно с ясным пониманием результата. На это указывает полное молчание, когда европейские и американские фонды на глазах у «западных партнеров» начали нагло разворовывать. По данным экспертов, властная пирамида Молдовы безнаказанно присвоила около миллиарда евро.  Но Брюссель это не смущало, и он объявил страну «историей успеха».

Запад поддерживал молдавских клептократов и тогда, когда под завесу парламентских выборов и проевропейскую трескотню НПО и СМИ  в 2014 г. власти мошеннически вывели из банков в офшоры еще миллиард долларов. Брюссель с Вашингтоном не отвернулись от  «своих сукиных сынов» и тогда, когда в Кишиневе прошли многотысячные протесты населения против властей.

Сотрудничество Запада с проворовавшимися и скомпрометировавшими себя политиками продолжается и по сей день. И подобная стратегия только усиливает напряженность в регионе и формирует новые риски, дестабилизируя политическое поле страны. 

ЕС и Приднестровье 

Ближе всего к урегулированию конфликта Кишинев и Тирасполь находились в 2003 году, когда Москва назначила посредником в переговорах Дмитрия Козака.

Однако тогда Брюссель и Вашингтон оказали давление на президента Воронина, и он отказался подписывать дорожную карту восстановления единства страны. Можно по- разному относиться к этой попытке окончательно решить приднестровскую проблему, но следует признать, что с тех пор ситуация нисколько не улучшилась. Наоборот, как уже указывалось, возник комплекс обстоятельств, способствующих возможному обострению конфликта.

 Напомним, что еще 15 лет назад был создан так называемый формат «5+2», где Молдова и Приднестровье выступают сторонами конфликта, Россия, Украина и ОБСЕ – посредники, ЕС и США – наблюдатели. Появление этого формата засвидетельствовало усиление роли глобальных игроков в решении приднестровской проблемы. Однако, если исходить из результатов, то можно сказать, что включение конфликта в геополитику только усложнило поиски выхода из ситуации, так как теперь к интересам сторон добавились  интересы третьих стран и центров международного влияния. Кроме того, это привело к тому, что Кишинев и Тирасполь вместо совместного поиска компромиссов прячутся за спинами крупных игроков и действуют по отмашке. Таким образом, можно сделать вывод, что включение приднестровского конфликта в геополитический контекст превратилось в фактор риска, так как известно, что партия на «большой шахматной доске» не имеет конца. Во всяком случае, благополучного.

Характерно, что фактически безрезультатным оказался и проект ЕС по укреплению мер доверия, потому что пропасть между сторонами не стала меньшей. Ответов на вопрос почему так произошло, может быть два: либо у проекта были иные, скрытые цели, либо он не администрировался должным образом. В любом случае можно говорить, что в связи с «Восточным партнерством» тактика Запада по отношению к Приднестровью претерпела изменения. 

«Укранизация» Приднестровья 

Запад не удовлетворился пассивной ролью наблюдателя, которая предусматривается форматом «5+2». Брюссель и Вашингтон стали активно вмешиваться в ситуацию. Сверхзадача этих усилий – вывод российских военных из Приднестровья и замена миротворческой миссии международными наблюдателями. Эти требования превратились в официальную позицию Кишинева, что означало, что Запад поддержал одну из сторон конфликта.

Другим элементом новой тактики стало переориентация экономики Приднестровья с Востока на Запад. Если до 2006 года экспорт Приднестровья в Россию составлял около 50%, то уже к настоящему моменту  - всего около 8,7 процента. Для реализации этой задачи Кишинев предпринял ряд мер, прежде всего, взял под контроль весь приднестровский экспорт. Ранее, согласно Московскому меморандуму 1997 года, Приднестровье имело право самостоятельной внешнеэкономической деятельности.

Существуют и другие элементы плана «решения» приднестровской проблемы, разработанного в связи с реализацией соглашения об ассоциации Молдовы с ЕС. Вспомним, в частности, проект  молдавских властей о создании шести контрольно-пропускных пунктов на границе с Приднестровьем. Парламент принял решение об этом за месяц до  саммита Восточного партнерства в Вильнюсе, что не может быть случайностью.

После этого события, как известно, сотрудничество Молдовы и Украины по Приднестровью усилилось. Не так давно было принято решение о совместном контроле в пунктах пропуска на границе с Приднестровьем. Таким образом,  Молдова получает полный пограничный и таможенный контроль над своей территорией, а Приднестровье превращается в экономически зависимый регион.

В 2006 году, когда ограничительные меры уже действовали, потери для ПМР, по данным союза промышленников, аграриев и предпринимателей Приднестровья, составили более 450 миллионов долларов, недопоступление налогов в местный бюджет – 76 миллионов. Как следствие были уничтожены целые секторы экономики, ликвидирована приграничная торговля, усилилась трудовая миграция.

Если план создания 13 совместных пунктов пропуска будет реализован, то Приднестровье, как утверждает глава МИД непризнанного государства Виталий Игнатьев,  может потерять  6 процентов ВВП, это около 40 миллионов долларов в год.

Также вероятно возникновение проблем для более чем 200 тысяч граждан РФ, проживающих в Приднестровье, но не являющихся гражданами Молдовы.

Однако с точки зрения Кишинева и Запада все эти меры будут иметь позитивный эффект, сделают Тирасполь более сговорчивым и подтолкнут его к принятию условий Молдовы. Если Москва, в свою очередь, начнет оказывать давление на Кишинев в этом вопросе, то Киев, как заявила недавно Ирина Фриз, депутат верховной рады и экс-спикер президента Петра Порошенко, может рассмотреть вопрос о полном закрытии пунктов пропуска на границе с Приднестровьем «для грузового транспорта и, возможно, для движения автомобильного транспорта, оставив их лишь для пешего пересечения».

Ясное дело, что ни к чему хорошему такой ход событий привести не может. Если иметь в виду и многие другие факторы, включая военный, то для Приднестровья ассоциация Молдовы с ЕС обернулась элементами гибридной войны, с возможностью перехода в горячую фазу.

Собственно говоря, ничего другого от «Восточного партнерства» и нельзя было ожидать, поскольку сама эта политика, возможно, и является политической оболочкой гибридной войны Запада с Россией. Пониманием этого факта, вероятно, и объясняются многочисленные военные учения российских и приднестровских военных в последнее время. Такую ситуацию можно квалифицировать как потенциально взрывоопасную, но никак не стабильную. 

«Приднестровизация» Молдовы 

Еще более непредсказуемой ситуация может стать, если вдруг под давлением обстоятельств Приднестровье согласится стать полноценной частью Молдовы. Если такое произойдет, то всю молдавскую политику придется перевернуть с ног на голову. Для перемен необходим общественный и политический консенсус и готовность к глубоким компромиссам и изменениям. Но, увы, сама по себе нынешняя Молдова «переварить» Приднестровье не в состоянии. Здесь по-прежнему ведутся широкие дискуссии о ликвидации молдавского государства и «присоединении Бессарабии к Румынии», хотя бы через интеграцию в ЕС и НАТО. Так можно ли склеить разбившийся вдребезги стеклянный сосуд?

Самое главное, что мышление молдавских политиков осталось тем же, что и в 90-е годы, когда президент Снегур направил в Бендеры регулярную армию для «установления конституционного порядка». О том, что данный вывод справедлив, говорит недавнее решение КС Молдовы, порекомендовавшего политикам  решить про­блему нахождения ОГРВ на территории Приднестровья, в том числе воен­ным путем.

Подводя итог, можно констатировать, что в рамках парадигмы современных идей, циркулирующих на местном и геополитическом уровне,  приднестровская проблема пока не имеет решения. А поскольку действия разными игроками предпринимаются, то их результатом может стать лишь обострение ситуации.

Сергей ТКАЧ
Ваш отзыв
*
*