Посреди войны Украина стала воротами для джихада

 

Марцин Мамон 

 

"Наши братья там", - сказал Халид, когда он узнал, что я еду в Украину. "Купи местную sim-карту, когда туда приедешь, пришли мне номер и затем жди, когда тебе позвонят". 

Халид, который использует псевдоним, руководит подпольным подразделением "Исламского государства" в Стамбуле. Он приехал из Сирии, чтобы помочь контролировать поток добровольцев, прибывающих в Турцию со всего мира и желающих присоединиться к глобальному джихаду. Теперь он хотел свести меня с Русланом, "братом", воюющим вместе с мусульманами в Украине.

"Братья" являются членами ИГИЛ и других подпольных исламских организаций, это мужчины, оставившие собственные страны и города. Часто пользуясь псевдонимами и фальшивыми удостоверениями личности, они работают и воюют на Ближнем Востоке, в Африке и на Кавказе, незаконно переходя границы без виз. Некоторые воюют, чтобы создать новый Халифат - рай на земле. Другие - как чеченцы, курды и дагестанцы - говорят, что они воюют за свободу, независимость и самоопределение. Они есть на каждом континенте и почти в любой стране, и теперь они есть и в Украине.

На Западе большинство смотрят на войну в Украине просто как на борьбу между поддерживаемыми русскими сепаратистами и украинским правительством. Но правда на местах намного более сложная, особенно когда речь идет о добровольческих батальонах, сражающихся на стороне Украины. Открыто разрешенные государством, но не обязательно контролируемые государством, некоторые батальоны поддерживаются украинскими олигархами, другие - частными лицами. Однако меньше говорят о батальоне имени Дудаева, основанном Исой Мунаевым, чеченским командиром, воевавшим в двух войнах против России.

Украина становится важным пунктом остановки в пути следования для таких братьев как Руслан. В Украине вы можете купить паспорт и новое имя. За 15000 долларов боец получает новое имя и легальный документ, являющийся доказательством украинского гражданства. Украина не входит в Европейский Союз, но она является легким путем для иммиграции на Запад. Украинцам совсем не трудно получать  визы в соседнюю Польшу, где они могут работать на строительных площадках и в ресторанах, заполняя пробел, оставленный миллионами поляков, уехавших в поисках работы в Объединенное Королевство и в Германию.    

Вы также можете заниматься бизнесом в Украине, который является не совсем легальным. Вы можете заработать легкие деньги для братьев, воюющих на Кавказе, в Сирии и Афганистане. Вы можете "легально" приобрести незарегистрированное оружие, чтобы воевать с сепаратистами, поддерживаемыми русскими, и затем экспортировать его, дав взятку коррумпированным украинским таможенникам.  

"Наша цель здесь - получить оружие, которое будет отправлено на Кавказ", - признается не колеблясь Руслан, брат, который впервые встречает меня в Киеве.

 

С его белыми волосами и бородой Руслан все еще в хорошей физической форме, даже в свои 57 лет. Он был бойцом всю свою взрослую жизнь. Родившись в маленькой горной деревне на Кавказе, на границе между Дагестаном и Чечней, Руслан принадлежит к этническому меньшинству, известному как лакцы, которые являются в основном мусульманами-суннитами.

Мир, в котором живет Руслан - мир братьев - является новым миром. Когда он впервые стал бойцом, то не было никакого Интернета или мобильных телефонов или видеокамер на улицах, или беспилотников. Руслан присоединился к братьям, когда рухнул Советский Союз, и он отправился воевать за лучший мир, сначала против русских в Чечне и Дагестане во время первой чеченской войны в середине 1990-х. Затем он перебрался в Азербайджан, где его со временем арестовали в 2004 году по подозрению в поддержании связей с аль-Каидой. 

Хотя Руслан признает, что сражается вместе с исламскими организациями, он утверждает, что реальное основание для ареста в Азербайджане - незаконное владение оружием - было фальшивым. Власти не смогли найти чего-либо подозрительного там, где он жил (Руслан в то время жил со своими "братьями" из джихадистского движения), но в доме его жены они нашли одну ручную гранату. Руслана обвинили во владении нелегальным оружием и посадили на несколько лет в тюрьму.

В тюрьме, как он говорит, его пытали и намеренно разместили в камере с заключенными, зараженными туберкулезом. Руслан подал иск в Европейский суд по правам человека в Страсбурге, Франция, обвинив власти Азербайджана в том, что они отказали ему в правильном рассмотрении дела. Суд в конечном итоге согласился с этим и потребовал от азербайджанского правительства выплатить Руслану 2400 евро компенсации плюс еще 1000 евро судебных расходов.

Но когда Руслана освободили из тюрьмы, он не захотел оставаться в Азербайджане, опасаясь, что его снова арестуют или даже сфабрикуют преступление и снова обвинят его в терроризме. "Некоторые из наших людей исчезают и их никогда не находят", - говорит он. "Был один брать [который исчез], а когда его привезли хоронить, была найдена карточка, согласно которой он был одним из 30 людей, содержащихся под стражей в России". 

В России был выдан ордер на арест Руслана. О возвращении в его маленькую горную деревню не было и речи. Если он вернется, его семья заплатит за то, что он делает, в любом случае. "Они нас достают через наши семьи",  - говорит он. Он осуждает тех, кто отказался уехать из их собственной страны, чтобы воевать с неверными. Таков был выбор: либо остаться, либо поехать за границу, где "вы можете дышать свободой".

"Человек рожден свободным", - говорит Руслан. "Мы рабы Бога, а не рабы людей, особенно тех, кто против их собственного народа, и нарушают законы Божьи. Есть только один закон: закон Божий".  

После его освобождения из тюрьмы в Азербайджане Руслан стал вечным странником, мятежником - и одним из братьев теперь на Украине. "Я здесь сегодня, потому что мой брат Иса позвал нас и сказал - "Пришло время отдать долги", - говорит Руслан. "Было время, когда братья с Украины приехали [в Чечню] и воевали против общего врага, агрессора, оккупанта". 

Этот долг - перед такими украинцами как Олександр Музычко, ставший одним из братьев, хотя он никогда не переходил в Ислам. Музычко, вместе с другими украинскими добровольцами, присоединился к чеченским бойцам и участвовал в первой чеченской войне против России. Он командовал подразделением украинских добровольцев под названием "Викинг", которое воевало под командованием известного чеченского боевика Шамиля Басаева. Музычко умер в прошлом году в Украине при загадочных обстоятельствах.

Руслан находится в Украине почти уже год, но не видел свою семью с тех пор, как он туда приехал. Их последнее расставание длилось почти семь лет. У него никогда не было времени растить детей или даже реально их узнать. Хотя он является дедом, у него только один сын - это маленькая семья по кавказским меркам, но так лучше для него, так как небольшая семья стоит меньше денег. Его жена часто звонит и просит денег, но у Руслана редко бывают деньги, чтобы дать ей.

В 17-м веке регион на восток от реки Днепр был известен как "дикое поле", неуправляемая территория, привлекавшая беженцев, преступников и крестьян - место вне досягаемости для Российской империи. 

Сегодня эта часть Украины играет аналогичную роль, на этот раз для мусульманских братьев. В восточной Украине зеленый флаг джихада развевается над некоторыми базами частных батальонов.

Для многих мусульман, таких как Руслан, война в Донбасском регионе Украины является просто следующим этапом в борьбе против Российской империи. Им неважно, является ли их конечной целью Халифат на Ближнем Востоке или же просто освобождение Кавказа от российского влияния - братья объединены не государством, а чувством общности и солидарности.

Но у братьев едва ли имеются финансовые средства для войны или жизни. Они бедны и очень редко получают субсидии от так называемых исламских гуманитарных организаций. Они должны зарабатывать деньги сами, и это обычно делается с помощью силы. Янтарь - одна из идей, которые есть у Руслана, для финансирования "сообщества братьев", воюющих в восточной Украине - батальона имени Дудаева, в который входят мусульмане из нескольких стран, украинцы, грузины и даже несколько россиян.   

Братья надеялись, что украинские власти оценят их самоотверженность и готовность отдать их жизни в защиту украинского суверенитета, но они просчитались. Как и в случае с другими подразделениями бойцов - "Айдар", "Азов" и "Донбасс" - правительство по большей части их игнорирует. Они являются вооруженными добровольцами вне контроля Киева, и украинские политики также опасаются, что однажды, вместо того, чтобы воевать с русскими на востоке, добровольцы нападут на правительство в Киеве. Поэтому добровольцам помогают обычные люди, но этого недостаточно. Бойцы, связанные с украинским националистическим "Правым сектором", получают деньги, машины и дома от богатых олигархов.

У Руслана есть другой план. Он боится, что если они начнут красть у богатых, то украинское правительство быстро объявит их вооруженное подразделение незаконным. Он решил работать в подпольной экономике - неконтролируемой государством - в которой братья разбираются лучше всего.  

В 90-е годы янтарные копи в обширных лесах вокруг города Ровно принадлежали государству и плохо управлялись, поэтому жители начали незаконную добычу камня; это был шанс заработать легкие деньги. Однако вскоре все захватила мафия. За определенный ежедневный взнос шахтеры могли работать и продавать янтарь мафии по фиксированной цене: 100 долларов за килограмм. Мафия была в сговоре с местной милицией, прокурорами и губернатором. Так работал этот бизнес. 

В результате, хотя Украина официально производит 3 тонны янтаря ежегодно, более 15 тонн нелегально экспортируются каждый год в Польшу. Там руда обрабатывается и продается со значительной прибылью. Ровненские копи работают 24 часа в день. Сотни людей с лопатами в руках прочесывают лес; они платят меньше мафии, но извлекают меньше янтаря и меньше зарабатывают. Лучше дела обстоят у тех, кто имеет водяной насос. Эти люди закачивают воду под высоким давлением в землю между деревьями, пока не образуется углубление 2-3 метра глубиной. Янтарь, который легче воды, поднимается на поверхность.  В какой-то момент Руслан исчез в Ровно на несколько недель. Когда он вернулся, он был разочарован; он не смог убедить местную мафию сотрудничать в борьбе братьев ради независимой Украины. Но теперь у него есть другие аргументы, чтобы их убедить. Его люди заблокировали копи, не позволяя никому попасть в лес. Либо местные гангстеры поделятся своими прибылями, либо никто не получит денег. 

 

Руслану не нравится эта работа. Он знает, что она не принесет ему славы и может засадить его в тюрьму. Он бы предпочел быть среди бойцов на передовой, где все четко и ясно. Он говорит, что может еще воевать, но уже слишком стар, чтобы реально выдерживать тяготы боевых действий, хотя он и не хочет признаться в этом. Он, возможно, все еще в хорошей физической форме, но бойцы обычно выдерживают не более, чем несколько лет. Затем они теряют свою силу и волю к борьбе.  

У него есть другие приказы от Мунаева: он должен организовать "группу прямого действия" в Киеве. Группа будет чем-то вроде подразделения второго эшелона, которое занимается разрешением проблем, как, например, когда кто-то пытается дискредитировать батальон имени Дудаева. Группа также будет собирать долги или отпугивать конкурентов. Вне всяких сомнений, новая группа будет действовать в тылу, где нет войны, но зато есть деньги - если вы знаете, где их взять. Если будет необходимо, то добровольцы группы прямого действия будут охранять копи в Ровно или "обзаведутся" деньгами в нелегальных казино, которых в Киеве насчитываются сотни. 

Руслан посылает мне фотографии криминальных подвигов группы: они приехали с оружием в казино и взломали сейфы и игорные автоматы. Они быстро исчезли и их никто не наказал. Деньги пошли на еду, форму, ботинки, бронежилеты и другое оборудование, необходимое для бойцов. Мафия знает, что они не могут победить их, используя эти методы. Братья слишком хороши, потому что они вооружены и закалены в боях. Полиция также не заинтересована вмешиваться в это. В конце концов, это нелегальные азартные игры. 

Я сказал Руслану, что это опасная игра. Он засмеялся.

"Это ерунда", - говорит он. "Мы занимались этим в Дагестане. Никто пальцем не пошевелит. Не беспокойтесь".

Руслан, наконец, привез меня, чтобы я увидел его "старшего брата", Ису Мусаева, и его тайную базу, расположенную на много миль на запад от Донецка. 

Мы ехали в старом "Chrysler", который Руслан купил в Польше, несколько часов по покрытым снегом дорогам с выбоинами. Руслан приклеил на машину одну из эмблем украинской АТО, так называемой Анти-террористической операции, которая включает и солдат и добровольцев, воюющих против сепаратистов.  

Наклейка на бампере позволяет ему проезжать через полицейские посты без задержки - или же, если его останавливают, они не требуют взяток, как это делается с другими водителями. Наклейки АТО, маскировочной одежды Руслана и его пистолета на ремне достаточно, чтобы уладить вопросы. Полицейские отдают ему честь и желают ему удачи.

Он едет быстро, не желая отдыхать, спать или даже пить кофе. Если он останавливается, то для того, чтобы проверить компас на ремне, чтобы проверить направление Мекки. Когда наступает время молитвы, он выключает двигатель, помещает свой шарф на снег и поклоняется Аллаху.

На вопрос, не хотел бы он - после стольких лишений, стольких лет и в его возрасте, ему сейчас почти 60 - отдохнуть, наконец, он ответил негодующе: "Как я могу устать?"

Есть много работы, по словам Руслана. "Результат небольшой, но мы отдохнем только когда мы достигнем наших целей", - говорит он. "Я выполняю приказы, написанные в священном Коране. "Слушайтесь Бога, Пророка". И я слушаюсь его и делаю то, что мне говорят".

По пути в город Кривой Рог мы встретили Диму, молодого бизнесмена - ему менее 40 лет - но уже с состоянием около 5 миллионов долларов. Он потерял недавно почти 3 миллиона долларов от своего бизнеса в Донецке, который сильно затронула война. Дима работал на Игоря Коломойского, одного из олигархов, который финансирует украинские добровольческие батальоны. Дима и Руслан познакомились не так давно. Руслан утверждал, что Дима должен ему много денег, хотя неясно, за что. Руслан докучал ему, угрожая шантажом. Наконец, он получил 20000 долларов от Димы.  

Этого недостаточно, чтобы поддерживать батальон имени Дудаева. Но Руслан может предложить Диме кое-что побольше: янтарь. Теперь Дима был готов разговаривать. Он предложил найти покупателей в Персидском заливе, включая богатых шейхов. Они хотят продавать целый дом из янтаря: мебель, лестницы, полы и мозаику из камня. Нужны только контакты, и они есть у Руслана. Братья из Саудовской Аравии любят помогать джихаду на Кавказе и на Ближнем Востоке.   

На следующий день Руслан снова сидел за рулем машины. Старый "Chrysler" едва ехал, двигатель был перегрет. Механик с высшим инженерным образованием и опытом работы на советских военных заводах соединил пластмассовую бутылку, наполненную грязной водой, с радиатором с помощью резинового шланга.

"Я не знаю, насколько меня хватит", - сказал Руслан неожиданно. "Это зависит от Бога. Я, наверное, умру на этой дороге. Но у меня другой дороги нет".

Фотографии: Томаш Глевацкий

* По просьбе автора "Руслан" используется как псевдоним.

Источник

Ваш отзыв
*
*